Одиночество

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Одиночество » Фильмы, музыка, искусство, видео » Ваш любимый стих


Ваш любимый стих

Сообщений 211 страница 240 из 983

211

Иринаш
барсик))) http://www.kolobok.us/smiles/standart/mosking.gif

0

212

Я открываю тебя – как исследуют новые земли;
Я открываю тебя – шаг за шагом и строчка за строчкой...
Я открываю тебя – каждым взглядом и словом приемля
То, что – в тебе... То – что – ты... До дыханья, до стона, до точки...

Я открываю в тебе интересов твоих океаны;
Я открываю в тебе увлечений просторы и шири –
Я открываю в тебе то, что близко, и то, что желанно...
Терра Инкогнита... Табула Раса... Познание мира...

Я открываю в тебе осторожность, и чуткость, и ласку,
Нежности море – и мощь, и сметающий в бездну цунами...
Я открываю в тебе это горе и радость – «напрасно...» –
Я открываю в тебе это Чудо, что светит меж нами...

Ты – это ливней потоки в пустыне, сгоревшей от горя;
Ты – это парус вдали, говорящий: «Не жить друг без друга!»
Ты – объективность, реальность... Мираж... С миражами не спорят...
Ты – это ТЫ... Невозможная, звёздная, светлая вьюга...

Я прорастаю в тебе – как росток прорастает сквозь камень;
Я проникаю в тебя - как весенняя влага живая;
Я пробуждаюсь в тебе неосознанной силой желаний...
Ты – это остров Мечты...
И планета Любви, где жива я...

0

213

За окошком плачет март – оттепель,
Зайчик солнечный в ладошке – калачиком…
Тихо спросишь у него: ну и что теперь?
А потом подбросишь вверх жёлтым мячиком!

Вот и сердце бы подбросить до солнышка –
Пропади она, тоска, горьким пропадом!
Мёрзнешь в свитере любимом “под горлышко”,
И пощады у любви просишь шёпотом…

Закружило, да не в срок, по-весеннему,
Ведь подумалось ещё – осень странная…
Почему он позвонил, и зачем ему
Нужно было вдруг сказать: долгожданная?

И не слово обожгло, не дыхание,
(Стало слышно как вокруг листья падали)
А бездонное, как вечность, молчание
На вопрос и приговор твой: а надо ли?

Сколько было в тишине этой страшного,
Сколько жизней за мгновение прожили
От ненужного до самого важного –
Расстаются и любя… только сможем ли?

Снова осень за окном беспросветная,
Или март никак теплом не поделится?
… Есть любовь больнее, чем безответная –
Та, в которую обоим не верится.     
Вот и мёрзнешь… и грустишь неприкаянно,
Его имя на губах вздохом пишется…
- Я люблю тебя, родной мой, отчаянно!
Без тебя, желанный мой, мне не дышится…

0

214

Я дверь, к которой нет ключа;
Мне жребий тягостный достался,
мной кто-то хлопнул сгоряча
И ключ доверия сломался.

Я дверь, к которой нет ключа,
Напрасно воры по привычке
У ржавых скважин хлопоча,
Украдкой ищут к ним отмычки.

Я дверь, к которой нет ключа;
Не раз разбить меня пытались,
Ногами грязными стуча,
Но так за дверью и остались.

Я дверь, к которой нет ключа;
Зачем ключи к открытой двери?
Войди - за ней горит свеча,
Она зовёт любить и верить.

Ты дверь откроешь лишь любя,
Поверь, открыть меня не сложно,
Не на себя, а от себя,
Открой, войди. Но осторожно.

0

215

амели
http://www.kolobok.us/smiles/artists/vishenka/l_daisy.gif очень красивые стихи

0

216

Давай не будем замечать года,недели,дни...
Что время? Золотая пыль.Стряхни её с ладони.
Сквозь суету обычных дел,лишь руку протяни -
Услышишь тихий шепот мой: надеюсь,верю,помню...

Я сберегу твое тепло,а ты храни мое...
Напрасно ветер перемен старается и злится.
Он не отнимет общих снов, где мы с тобой вдвоем.
Сидим у неба на краю...у солнца на ресницах.

На перекрестке двух дорог, двух судеб, двух миров
Легко поверить в чудеса, легко забыть о боли.
Не жаль поставить все на кон - пусть выпадет зеро...
Не сложно душу открывать без кодов и паролей.

Пусть наши встречи так редки...Но как светлы они!
Пускай разлука, как смычек, сердца за струны тронет.
Давай не будем замечать года, недели, дни...
Что время? Золотая пыль. Стряхни ее с ладони....

0

217

К УРАНИИ

У всего есть предел: в том Числе у печали.
Взгляд застревает в окне, точно лист -- в ограде.
Можно налить воды. Позвенеть ключами.
Одиночество есть человек в квадрате.
Так дромадер нюхает, морщась, рельсы.
Пустота раздвигается, как портьера.
Да и что вообще есть пространство, если
не отсутствие в каждой точке тела?
Оттого-то Урания старше Клио.
Днем, и при свете слепых коптилок,
видишь: она ничего не скрыла,
и, глядя на глобус, глядишь в затылок.
Вон они, те леса, где полно черники,
реки, где ловят рукой белугу,
либо - город, в чьей телефонной книге
ты уже не числишься. Дальше, к югу,
то есть к юго-востоку, коричневеют горы,
бродят в осоке лошади-пржевали;
лица желтеют. А дальше - плывут линкоры,
и простор голубеет, как белье с кружевами.

Иосиф Бродский

0

218

Arrakktyr
очень понравилось...

0

219

И одно лишь только вспомнится в полусне:
Тихий голос твой: «Странное это лето...»
Вспоминаешь ли ты – хоть изредка – обо мне?
Снюсь ли – слышишь, хоть тенью, шелестом – в час рассвета?
Утром – помнишь ли? Пусть едва, на пороге сна,
Даже глаз еще не открыв, подресничной тайной?
Я тебе – хоть насколько-нибудь – нужна?
Кем была тебе? Нежной суженой – иль случайной?
Первой встречной вешней? Или одной-родной?
Божьим даром – или же Божьей карой?
Опускаюсь в тень, во тьму, в глубину, на дно
Наших снов – зеленых, горьких... Твержу – не пара
Мы с тобой... Не вышло, видимо, не могло,
Не дано, не сталось, остыло, тает...
Только эти сны, в которые, как в стекло,
Бьемся, бьемся – больные рыбы... Прости... Светает:
Время самых странных, самых глубоких снов,
Время плыть, скользить, ускользать бесследно...
Мне почти не хватает красок, мелодий, слов,
Чтобы выплакать, чтоб утешить: мой милый, бедный,
Отпусти, оставь, не тревожь, не тронь...
Тусклый свет белес, полумрак прозрачен...
Глаз, от слез усталых, коснулся сон,
Снилось море... солоно... рыбы плачут
Человечьим голосом... Спи, родной,
Баю-бай... Откуда здесь взяться шторму?
Это просто луч заглянул в окно,
Это просто ветер качает штору,
А аквариум тих. Ничто не тревожит гладь.
Значит, жить. Не верить мороку, снам, приметам...
И сквозь сон, баюкая волны и боль, шептать:
«Спи, любимый... Правда, странное это лето...»

0

220

С каждым днём я всё больше влюбляюсь в тебя
даже страшно, что ты
мог меня не заметить.
А давай эту ночь отдадим площадям,
растворимся в малиново- жёлтом рассвете?

Будем, за руки взявшись,
бродить под дождём,
прикрываясь плащом из двадцатого века,
будем просто с тобою
болтать ни о чём
и шалеть
в нежно-ласковой прелести этой.

Перед утром в простор
полусонной Невы,
размахнувшись,
забросим подальше монеты.
Задрожит чуть вода, пятачки уловив,
а мы в эту секунду
вздохнём незаметно.

Будут рваться наружу
из сердца слова,
но не будет звучать в них /любить/
обещаний.
Прозвенев, увезёт меня первый трамвай,
я исчезну
за серыми стенами зданий.

0

221

Райнер Мария Рильке *Пантера*1903 год

От   мерного   мельканья   черных   прутьев

всё растерял  её  усталый  взгляд.

Ей мнится,  будто  прутья  стали  сутью

и будто пусто  позади оград.

Глухая  мягкость поступи  упругой,

кружение  без  отдыха  и  сна —

как танец сил по крохотному кругу,

где  в  центре  воля  спит, оглушена.

Лишь   изредка   случайный  образ  глянет

в  зрачок, приотворившийся  едва,

и  в  немоту  тугого  тела  канет,

и сгинет в сердце  навсегда.

0

222

Где твой мальчик,
почему его голос больше тебя не греет,
почему ладони твои холодны, как снег?
Мальчик, который писал тебе письма о Дориане Грее
и земле Никогда, в которой видел тебя во сне.

Мальчик,
с которым танцевали вы перед стойкой,
говоривший одними глазами, - давай, кружись!
Где этот мальчик, вздыхающий:
"Если б только
можно было прожить с тобой рядом ещё одну жизнь"?

Кто сжимал твою руку в кольцах на переходе,
с кем из гостей вы вдвоём уходили вон;
это ведь не он теперь говорит с тобой о погоде?
Это ведь не он же, не он, не он?

Это не он удивлялся - "зачем тебе эти войны",
предупреждал - "осторожно, много летает стрел";
мальчик, который спрашивал:
"Что же тебе так больно,
кто же тебя вот так до меня успел?"

0

223

Жаль, в моих смс-архивах программы нету,
Что стирала бы слой отмерший в режиме «авто».
Я читаю «ну я же рядом с тобой» - а это
Уже неправда.

Недействительные талоны; ущерб немыслим.
Информация неверна; показанья лживы.
Он писал мне «я тут умру без тебя», но мы с ним
Остались живы.

Я читаю: «Я буду после работы сразу
И останусь» - но не останется. Нестыковки.
Пусть указывают срок годности каждой фразы
На упаковке.

Истечет ведь куда быстрее, чем им поверишь.
И за это им даже, в общем-то, не предъявишь.
Сколько нужно, чтоб написать их? Минуты две лишь
И десять клавиш.

Сколько нужно, чтоб обезвредить их, словно мину
У себя в голове?.. Сапер извлечет из почвы
Как из почты, и перережет, как пуповину
Проводочек: «Эй, половина.
Спокойной ночи».

0

224

Ниоткуда с любовью, надцатого мартобря,
дорогой, уважаемый, милая, но не важно
даже кто, ибо черт лица, говоря
откровенно, не вспомнить уже, не ваш, но
и ничей верный друг вас приветствует с одного
из пяти континентов, держащегося на ковбоях.
Я любил тебя больше, чем ангелов и самого,
и поэтому дальше теперь
от тебя, чем от них обоих.
Далеко, поздно ночью, в долине, на самом дне,
в городке, занесенном снегом по ручку двери,
извиваясь ночью на простыне,
как не сказано ниже, по крайней мере,
я взбиваю подушку мычащим "ты",
за горами, которым конца и края,
в темноте всем телом твои черты
как безумное зеркало повторяя.

0

225

И он делается незыблемым, как штатив,
И сосредоточенным, как удав,
Когда приезжает, ее никак не предупредив,
Уезжает, ее ни разу не повидав.

Она чувствует, что он в городе - встроен чип.
Смотрит в рот телефону - ну, кто из нас смельчак.
И все дни до его отъезда она молчит.
И все дни до его отъезда они молчат.

Она думает - вдруг их где-то пересечет.
Примеряет улыбку, реплику и наряд.
И он тоже, не отдавая себе отчет.
А из поезда пишет: "В купе все лампочки не горят".
И она отвечает:
"Чёрт".
*********
Звонит ближе к полвторому, подобен грому.
Телефон нащупываешь сквозь дрему,
И снова он тебе про Ерему,
А ты ему про Фому.

Сидит где-то у друзей, в телевизор вперясь.
Хлещет дешевый херес.
Городит ересь.
И все твои бесы рвутся наружу через
Отверстия в трубке, строго по одному.

«Диски твои вчера на глаза попались.
Пылищи, наверно, с палец.
Там тот испанец
И сборники. Кстати, помнишь, мы просыпались,
И ты мне все время пела старинный блюз?

Такой – уа-па-па… Ну да, у меня нет слуха».
Вода, если плакать лежа, щекочет ухо.
И падает вниз, о ткань ударяясь глухо.
«Давай ты перезвонишь мне, когда просплюсь».

Бетонная жизнь становится сразу хрупкой,
Расходится рябью, трескается скорлупкой,
Когда полежишь, зажмурившись, с этой трубкой,
Послушаешь, как он дышит и как он врет –

Казалось бы, столько лет, а точны прицелы.
Скажите спасибо, что остаетесь целы.
А блюз этот был, наверно, старушки Эллы
За сорок дремучий год.
***
Страшно достает быть одной и той же собой, в этих заданностях тупых.
Быть одной из вскормленных на убой, бесконечных брейгелевских слепых.
Все идти и думать – когда, когда, у меня не осталось сил.
Мама, для чего ты меня сюда, ведь никто тебя не просил.
Разве только врать себе «все не зря», когда будешь совсем стара.
И еще не пора, моя девочка.
Все еще не пора.

Что за климат, Господи, не трави, как ни кутайся – неодет.
И у каждого третьего столько смерти в крови, что давно к ней иммунитет.
И у каждого пятого для тебя ледяной смешок, а у сотого – вовсе нож.
Приходи домой, натяни на башку мешок и сиди, пока не уснешь.
Перебои с цикутой на острие пера.
Нет, еще не пора, моя девочка.
Все еще не пора.

Еще рано – еще так многое по плечу, не взяла кредитов, не родила детей.
Не наелась дерьма по самое не хочу, не устала любить людей.
Еще кто-то тебе готовит бухло и снедь, открывает дверь, отдувает прядь.
Поскулишь потом, когда будет за что краснеть, когда выслужишь, что терять.
Когда станет понятно, что безнадежно искать от добра добра.
Да, еще не пора, моя девочка.
Все еще не пора.

Остальные-то как-то учатся спать на ветоши, и безропотно жрать из рук, и сбиваться в гурт.
Это ты все бегаешь и кричишь – но, ребята, это же – это страшное наебалово и абсурд.
Правда, братцы, вам рассказали же, в вас же силища для прекрасных, больших вещей.
И надеешься доораться сквозь эти залежи, все эти хранилища подгнивающих овощей.
Это ты мала потому что, злость в тебе распирающая. Типа, все по-другому с нынешнего утра.
И поэтому тебе, девочка, не пора еще.
Вот поэтому тебе все еще не пора.

0

226

ты сегодня ушла... я даже не слышал.
белой бабочкой выпорхнув к солнышку словно...
год за годом паром судьбоносный колышет -
временем томным, сердцем безмолвно...

недосказанность – дальняя, глупая птица!
где-то в сумерках сжатого неба в изъянах...
я не вижу в отчаянье всполох зарницы...
боль утихла рубцами в зализанных ранах.

ты прости: навсегда отшумевшие вёсны!
воду мятную рос в пустыне иссохшей,
дни-цветы наслаждений радушных и пестрых,
губы алые чувств от желаний продрогших.

между нами осталось невидимым небо,
в пыльных бурях, в штормах возмущенных циклонов...
глупо, ветрено, грубо, нелепо наверно -
черный суд неизменно жестоких законов!

ты вернешься, я знаю - пьянящая вишня!
по весне, расцветая невестою белой;
кружевною фатой... ты такая мне снишься:
кроткой, нежной, застенчивой, сказочно-смелой.

полыхает в саду голубое цветенье,
пенных яблонь ажур - белоснежностью буйной!
ветер рвется взлететь над душевным смятеньем...
даже ночью прозрачной, серебряно-лунной.

ты сегодня ушла... я даже не слышал.
белой бабочкой выпорхнув к солнышку словно...
только алчут уста дотянуться до таинства вишен................
я пойду за тобой... и найду.
безусловно.

0

227

Ты уходишь на запад солнца,
Ты увидишь вечерний свет,
Ты уходишь на запад солнца,
И метель заметает след.

Мимо окон моих, бесстрастный,
Ты пройдешь в снеговой тиши,
Божий праведник мой прекрасный,
Свете тихий моей души.

Я на душу твою не зарюсь,
Нерушима твоя стезя,
В руку, бледную от лобзаний,
Не вобью своего гвоздя.

И под медленным снегом стоя,
Опущусь на колени в снег,
И во имя твое святое
Поцелую вечерний снег,

Там, где поступью величавой
Ты прошел в снеговой тиши,
Свете тихий, святыя славы,
Вседержитель моей души.

0

228

Ты мне снишься, во тьме окружённый искрящейся дымкой,
Ты не Бог и не Дьявол, а некто, потерянный между
Чем-то светлым и нежным, усталым, холодным и зыбким,
Словно ветер срываешь с горящего тела одежды.

Ты мне снишься листвой, опадающей с красного клёна,
И рекой, чьё журчанье ласкает мой берег словами,
Одинокий, как горы, но всё же случайно влюблённый,
Пусть и гордый, но тоже разбуженный странными снами.

Ты мне снишься под утро звездой, исчезающей с неба,
Что лучами коснулась неспелой, но зреющей, вишни,
Мотыльком обгоревшим, с крылом непонятного цвета,
И я счастлива тем, что ты мне и проснувшейся…
снишься…

0

229

Сколько их сидит у тебя в подрёберье, бриллиантов, вынутых из руды, сколько лет ты пишешь о них подробные, нескончаемые труды, да, о каждом песенку, декларацию, книгу, мраморную скрижаль – пока свет очей не пришлет дурацкую смску «Мне очень жаль». Пока в ночь не выйдешь, зубами клацая, ни одной машины в такой глуши. Там уже их целая резервация, этих мальчиков без души.

Детка-детка, ты состоишь из лампочек, просто лампочек в сотню ватт. Ты обычный маленький робот-плакальщик, и никто здесь не виноват. Символы латинские, буквы русские, глазки светятся лучево, а о личном счастье в твоей инструкции не написано ничего.

Счастье, детка – это другие тетеньки, волчья хватка, стальная нить. Сиди тихо, кушай антибиотики и пожалуйста, хватит ныть. Черт тебя несет к дуракам напыщенным, этот был циничен, тот вечно пьян, только ты пропорота каждым прищуром, словно мученик Себастьян. Поправляйся, детка, иди с любыми мсти, божьи шуточки матеря; из твоей отчаянной нелюбимости можно строить концлагеря.

Можно делать бомбы – и будет лужица вместо нескольких городов. Эти люди просто умрут от ужаса, не останется и следов. Вот такого ужаса, из Малхолланда, Сайлент Хилла, дурного сна – да, я знаю, детка, тебе так холодно, не твоя в этот раз весна. Ты боишься, что так и сдохнешь, сирая, в этот вторник, другой четверг – всех своих любимых экранизируя на изнанке прикрытых век.

Так и будет. Девочки купят платьишек, твоих милых сведут с ума. Уже Пасха, маленький робот-плакальщик. Просто ядерная зима.

+1

230

Жаль, такая милая, а туда же, где таких берут, их же нет в продаже; по большому счету, не люди даже, а научные образцы. Может только петь об Армагеддоне, о своем прекрасном царе Гвидоне, эти маленькие ладони, выступающие резцы.

Может только петь, отбывать повинность, так, как будто кто-то все ребра вынес, горлово и медленно, как тувинец, или горец, или казах.
У того, кто слушает больше суток, потихоньку сходит на нет рассудок, и глаза в полопавшихся сосудах, и края рукавов в слезах.

Моя скоба, сдоба, моя зазноба, мальчик, продирающий до озноба, я не докричусь до тебя до сноба, я же голос себе сорву. Я тут корчусь в запахе тьмы и прели, мой любимый мальчик рожден в апреле, он разулыбался, и все смотрели, как я падаю на траву.

Этот дробный смех, этот прищур блядский, он всегда затискан, всегда обласкан, так и тянет крепко вцепиться в лацкан и со зла прокусить губу. Он растравит, сам того не желая, как шальная женушка Менелая, я дурная, взорванная и злая, прямо вены кипят на лбу.

Низкий пояс джинсов, рубашки вырез, он мальчишка, он до конца не вырос, он внезапный, мощный, смертельный вирус, лихорадящая пыльца; он целует влажно, смеется южно, я шучу так плоско и так натужно, мне совсем, совсем ничего не нужно, кроме этого наглеца.

Как же тут не вешаться от тоски, ну, он же ведь не чувствует, как я стыну, как ищу у бара родную спину, он же здесь, у меня чутье; прикоснись к нему, и немеет кожа; но Господь, несбычи мои итожа, поджимает губы – и этот тоже. Тоже, девочка, не твое.

0

231

Иринаш написал(а):

Сколько их сидит у тебя в подрёберье, бриллиантов, вынутых из руды, сколько лет ты пишешь о них подробные, нескончаемые труды, да, о каждом песенку, декларацию, книгу, мраморную скрижаль – пока свет очей не пришлет дурацкую смску «Мне очень жаль». Пока в ночь не выйдешь, зубами клацая, ни одной машины в такой глуши. Там уже их целая резервация, этих мальчиков без души.........и дальше.

Ира, большое спасибо, впечатлило!

0

232

ее не пускают одну на улицу,
ее не пускают к окну зимой;
дура, ведь дважды пыталась сунуться
с факелом в погреб пороховой.
ее бы отправить на самом деле
туда, где умеют таких лечить...
плакала две недели.
била посуду. теперь молчит.

ее закрывают на самый надежный засов,
говорят - ложилась бы лучше спать,
у нее забирают нитки, ножи и вилки,
стаканы и блюдца.
она переводит стрелки часов -
в гостиной на восемь, в спальне на пять,
в лице ни кровинки,
глаза смеются.

закрыли?
теперь считайте до ста,
играть интересней, когда темно,
и если комната будет пуста -
не ищите.
у нее был хороший учитель.
она может сама себя за косу
выдернуть через окно.

Марта выходит в город под полной луной,
ей непривычно, холодно и смешно,
ветер ее подхватит и унесет...
Марта идет на юг по колено в снегу,
шепчет под нос: я больше так не могу,
но знает, что, к сожалению, может все.

ее теперь не окликнешь, она уже слышит далекий зов,
она не глядит под ноги, как будто увидела дальний свет...
Марта идет по свежему снегу и не оставляет следов -
теперь она в шесть раз легче, чем была на Земле...

0

233

Отдать все сокровища мира? Согласен:
Твой солнечный лик без алмазов прекрасен.
Довольно лишь слова и нежного взгляда —
Пусть разум испуганно шепчет: «Не надо!» —
Навстречу тебе, в обжигающий дождь
Шагнул бы, но ты… Не придешь.

Мечтать о невинном, как сон, поцелуе,
Беречь и хранить, беспричинно ревнуя,
Искать отраженье зари на ресницах
И знать, почему умолкают все птицы,
Когда ты рассветное солнце зовешь,
Я мог бы, но ты… Не поймешь.

Судьба непреклонна. Природа беспечна.
Границы миров неизменны и вечны.
Жемчужины чувств на спирали сомнений
Согрели друг друга, а мы… Не посмели.
Исчезли мгновенья. Остались года.
Пути разошлись. Навсегда…

Разорваны связи. Разрушены стены.
Дыханьем разлуки иссушены вены.
Глаза не ослепли, но солнца не видят.
Надежда запуталась в шелковых нитях.
Ладонь сожаленья дрожит на плече.
Живу. Но не знаю, зачем…

0

234

Добрый кукольный Мастер, сердечко пурп`урное мне
вставьте в грудку сквозь дверцу в фарфоровой, хрупкой спине,
ведь намедни оттуда достали стальную пружинку,
и теперь у меня под ключицей, увы, пустота,
знаю я – бессердечная вряд ли нужна красота,
нету толку от той, что душою похожа на льдинку.

Добрый кукольный Мастер, не хмурьте, пожалуйста, лоб –
постарайтесь – без сердца меня пробирает озноб,
онемели ладошки, а взгляд необычно стеклянный,
не поётся, и кровь застывает внутри, как смола;
я недавно ещё танцевала, была  весела,
как не хочется быть пустотелой немой несмеяной…

Добрый кукольный Мастер, Вы справитесь, Вы – чародей,
это легче, чем сердце живое менять у людей,
ну, слепите простецкое самое – хоть бы из глины;
я готова терпеть и иголки, и острый стилет,
я бы Вам заплатила, да денег, как видите, нет,
а из всех украшений фальшивые только рубины…

*

Добрый кукольный Мастер, сегодня я очень грустна –
Подарили мне птичку, и пела прелестно она,
И сидела на ветке в витой восхитительной клетке.
Я любила смотреть на неё, как проснусь на заре,
Я в восторге была от того, как берёт она «ре»,
И кормила с ладошки, давая послаще конфетки,

А она подставляла потешно для ласки бочок,
На полу её клетки блестел изумрудный жучок,
В тонкой дверце торчал заводной позолоченный ключик.
Я часами могла любоваться её красотой,
Я поила её родниковой чистейшей водой,
Иногда не спускала малютку поющую с ручек.

Как мне нравился нежный и звонкий её голосок,
Бриллиантики-глазки, сапфировый, острый носок,
А на грудке и крылышках – в цвет янтаря – оперенье.
Симпатично крутила она заводной головой,
И казалась такой настоящей, такою живой,
Как её необычно душевно-волшебное пенье…

Добрый кукольный Мастер, случилась сегодня беда –
Замолчала певунья моя. Неужель навсегда?
И не хлопает крыльями, свесив их, словно без силы.
Может, клетка была золотая ей слишком тесна,
Или нужно ей было давать не конфет, а пшена?
Помогите же, Мастер, без птички ничто мне не мило…

*

Добрый кукольный Мастер – целитель игрушечных тел,
Приходящий на выручку тем, кто теперь не у дел,
Врачеватель, дарующий новые жизни так щедро,
Снова к вам обращаюсь за скорою помощью я,
Старый плюшевый мишка порвался, а мы с ним друзья,
Я прошу, наложите заплатку из мягкого фетра

На его неожиданно лопнувший пухлый бочок –
У меня для уплаты всамделишный есть пятачок,
Пара бусинок розовых с самого лучшего платья.
А у вас /говорят/ есть волшебный диковинный клей.
Приступайте к нелёгкому делу, прошу вас, смелей,
Вам во всём /ради друга/ готова сейчас помогать я!

Добрый кукольный Мастер – целитель игрушечных душ,
Пусть прорвался медвежий /потёртый со временем/ плюш,
А из дырки просыпались дождиком на пол опилки,
Я вчера собрала ровно столько их, сколько смогла,
Я всю ночь с нетерпением вас, милый Мастер, ждала,
Приготовив заветный пятак из разбитой копилки!

*

Добрый кукольный Мастер, вчера мне подружка одна
Разболтала секрет, что про души узнала она,
Будто нет их у кукол – мы схожи с людьми лишь снаружи,
Те же лица, тела, но внутри механический хлам.
Потому и пришла я за помощью скорою к Вам –
Расскажите, пожалуйста, где достают эти души?

Может быть, в магазине они продаются на вес,
Как печенье, конфеты? Простите мне мой интерес,
Но так хочется быть абсолютно во всём настоящей.
Чтобы, кроме курносого носа, улыбчивых глаз,
Я душою своею была бы похожа на Вас,
Не найдётся ли, Мастер, хотя бы какой завалящей,

Кем-то брошенной или потерянной? Мне всё равно,
Со вчерашнего вечера, мною теперь решено –
Чтобы стать человеком взаправду, терпеть я готова
Даже боль! Добрый Мастер, скорее же дайте ответ –
Вы поможете бедной игрушке с душой, или нет?
Не молчите, промолвите хоть бы какое-то слово…

*

Добрый кукольный Мастер, к Вам снова имею вопрос –
Почему не бывает у кукол всамделишных слёз? –
Мы, как люди горюем, страдаем почти так же точно.
Ведь у вас – лишь беда – моментально на щёчках вода,
Ну а наши глаза равнодушны и сухи всегда,
Словно нас ничего не тревожит и денно и нощно.

Словно нам безразлично всё то, что творится кругом.
Но ведь это не так, иногда с непосильным трудом
Я сердечко своё усмиряю, волнуясь, от боли.
И не знает никто, как тоскливо кривляться порой,
Все привыкли со мной развлекаться весёлой игрой,
Предлагая нередко какие-то глупые роли.

Добрый кукольный Мастер, ах, как бы хотелось хоть раз,
Чтобы брызнули слёзы из серых игрушечных глаз,
Чтобы поняли люди, как горько жить кукле в неволе,
Исполняя любой самый глупый хозяйский указ…
Может быть, Вы сумеете сделать хоть что-то сейчас,
Я с собой принесла и воды, добрый Мастер, и соли…

*

Добрый кукольный Мастер, я снова стою у черты –
Не стучит моё сердце, без слёз мои очи пусты,
И опять, к сожаленью, умолкла любимая птичка,
Я старею – стираются краски, морщины у рта,
Красота моя, как ни старайся, конечно, не та,
А играют со мною, всё реже, и то по привычке…

Вы пытались вдохнуть в меня душу, и Ваши труды
Принесли по началу, как мне показалось, плоды,
Были слёзы, и что-то дрожало стрекозкою в грудке,
Птичка клюв открывала, звучал симпатичный мотив,
Каждый прожитый день мой был светел, волшебно счастлив,
Я с восторженным благоговеньем считала минутки…

Но, увы, сколь ни тешься надеждой, приходит конец –
Тает время моё, как в жару золотой леденец,
Слезы, данные Вами, иссохли, застыло сердечко,
Верно, вновь проржавел и сломался пружинный завод;
Скоро спрячут меня, надоевшую, в тёмный комод,
Ведь, бывает за день, не обронят порой ни словечка…

Добрый кукольный Мастер, Вы вряд ли поможете мне,
Поняла я, что старые куклы, увы, не в цене,
Послужила своё – купят новую – хватит, довольно…
Я не жалуюсь, нет, уяснила наглядный урок –
У всего в этом мире некукольном крайний есть срок,
Отчего же /без сердца и слёз/ мне так горько и больно? …

0

235

Помню...

Я помню улицу и дом, и дверь в квартиру,
Я помню солнца свет и на комоде пыль...
Я помню паучка и на балконе паутину,
Я помню ветер за окном, и неба синь...

Я помню вечер, помню звезды и комету,
Я помню небо, как сияла там луна…
Я помню ту прохладу, ночью, пред рассветом,
Которая дождем ночным была...

Я помню все, как поднималось вверх светило
Я помню как я одевался, уходил
И помню, что на улице с утра, так сыро было
Я помню все, хотел забыть, но не забыл...

0

236

А она говорит: "Иди уж тогда один, или с кем угодно - но всё-таки ты иди, а таких, как я, говорит - в общем, пруд пруди, миллион на рупь."
Он смеется: "Я пригрелся к твоей груди, хоть целуй меня, хоть в ад за собой веди, а уйти решишь - так всё же предупреди, я тогда умру."

А она говорит: "Куда тебе - умирать? Ведь тебе играть и публику собирать, ты аккордом бей и диски свои пирать, а меня - пусти."
Он вздыхает: "Ну, вот как тебе объяснять - ведь с тобой проститься - то же, что кожу снять, как в ладони стрекозу закрутить и смять, как дитя растить"

А она говорит: "Куда мне теперь к тебе? Ты герой, - говорит, а я выскочка и плебей, вот играй, говорит теперь на свой трубе - открывай свой счет".
Он рыдает и поет, как ночной прибой: "Ну вот, хочешь, - говорит, - разобью гобой, мне плевать, - говорит - вот я ведь уже с тобой, так чего ж еще?

Я ведь с музыкой, - говорит, всё веду войну, я кричу в ее горячую пелену, мол, прими, говорю, впусти, мол еще одну, по знакомству, так.
А она говорит: "Мы вместе, а я нигде, я сушу слова на старой словороде, я копаюсь в их горячей гнилой руде, но опять не в такт.

Я ведь вечно пораженщина - говорит, я живу - да вот внутри у меня горит - у меня ведь дистония, нефрит, гастрит - ну, куда до вас.
Он хохочет: "Да, в обиду тебя не дашь, но когда ты, дорогая, меня продашь, то купи бумаги нотной и карандаш, я впишу тебя в этот вальс.

Я впишу тебя в свой солнечный разнобой, тонким контуром, щекой на ветру рябой, в этот свет, далекий страшный и голубой, в эту даль и боль
Чтоб когда захочешь - быть тебе не одной, чтобы быть тебе и нотами и струной, у тебя выходные, а у меня входной, но ведь я с тобой.

Я шепчу ей, что кончается тишина, что смешна вина, что чаша полна вина, что заря бледна, что ночь впереди темна. Что закат - в дугу..
Я шепчу ей, что пою ее и кляну. Что я ради нее, что хочешь, переверну. Что боюсь ее, никому ее не верну. И она тихонько рождается между губ.

0

237

Пораженщина...
Иринаш, очень понравился))
А кто написал это чудо? что-то напоминает непонятное... это случайно не Изюбря?

Отредактировано Мечта идиота (10.03.2010 22:35:14)

0

238

Мечта идиота
http://www.kolobok.us/smiles/he_and_she/girl_sigh.gif Если бы я знала...я бы тебе сказала

0

239

Я тут погуглила и по-моему это оно http://izubr.livejournal.com/220699.html
Там еще много интересного есть, мне кажется тебе понравится)

Отредактировано Мечта идиота (10.03.2010 23:26:14)

0

240

Девочка научилась расправить плечи, если взять за руку - не ускоряет шаг.
Девочка улыбается всем при встрече и радостно пьет текилу на брудершафт.
Девочка миловидна, как октябрята - белая блузка в тон, талисман в кулак.
у нее в глазах некормленные тигрята рвут твой бренный торс на британский флаг
То есть сердце погрызть - остальное так,
Для дворников и собак.

А у девочки и коврик пропылесосен (или пропылесошен?), плита бела.
Она вообще всё списывала на осень, но осень кончилась, а девочка не ожила.
Девочка выпивает с тобой с три литра, смеется, ставит смайлик в конце строки,
Она бы тебя давно уже пристрелила, но ей всё время как-то всё не с руки,
То сумерки, то попутчики - дураки,
То пули слишком мелки.

У девочки рыжие волосы, зеленая куртка, синее небо, кудрявые облака.
Девочка, кстати, полгода уже не курит, пробежка, чашка свежего молока
Девочка обнимает тебя, будто анаконда, спрашивает, как назвали, как родила.
Она тебя, в общем, забыла почти рекордно - два дня себе поревела и все дела.
Потом, конечно, неделю всё письма жгла.
И месяц где-то спать еще не могла.

Девочка уже обнимает других во снах о любви, не льнет к твоему плечу.
Девочка уже умеет сказать не "нахрен", а спасибо большое, я, кажется, не хочу.
Девочка - была нигдевочкой, стала женщиной-вывеской "не влезай убьет".
Глядишь на нее, а где-то внутри скрежещется: растил котенка, а выросло ё-моё.
Точнее, слава богу уже не твоё.
Остальное - дело её.

0


Вы здесь » Одиночество » Фильмы, музыка, искусство, видео » Ваш любимый стих